![]() |
|||||||||
Вид на Иннсбрук с севера, с другого берега реки Инн Вернувшись из странствия по германским городам, Дюрер по настоянию родителей вскоре женился на Агнес Фрей. Но в Нюрнберге он задержался ненадолго — художником овладела мечта побывать в Италии. Несмотря на просьбы жены и обиду тестя, живописец вскоре после свадьбы отправился в новое путешествие.
Особенно художник был очарован Иннсбруком (ныне австрийский город). Эта акварель не была датирована, установить время её написания удалось по косвенным данным. Например, на картине среди прямоугольных башен с красными кровлями высится одна в строительных лесах. Согласно записи в городской хронике — это Гербовая башня, возведение которой закончилось в 1496 году. Свежая непосредственность впечатления отличает ранние пейзажные акварели Дюрера ("Вид Триента", 1495, Художественная галерея, Бремен; "Домик у пруда", около 1495-97, Британский музей, Лондон), где он стремился уловить цвета натуры и связывающую их свето-воздушную среду. В дальнейшем в его живописи укрепляется новаторское для немецкого искусства стремление к полной логической ясности образной структуры, к строго упорядоченному размещению пластических объёмов в пространстве, к чёткому сопоставлению локальных цветов (многофигурные композиции: "Дрезденский алтарь", около 1496, Картинная галерея, Дрезден; алтарь Паумгартнеров, 1502-04, Старая пинакотека, Мюнхен; "Поклонение Троице", 1511, Художественно-исторический музей, Вена). Опорой художнику служил опыт итальянского искусства, в том числе колористические достижения венецианской школы ("Поклонение волхвов", 1504, Галерея Уффици, Флоренция; "Праздник чёток", 1506, Национальная галерея, Прага; "Мария с младенцем", 1512, Художественно-исторический музей, Вена). Дюрер не утратил при этом необычайной зоркости наблюдений, огромной жизненной яркости образов и выразительности деталей, идущей от традиций немецкой готики напряжённой экспрессии. Универсальность дарования Д. особенно полно выразилась в его рисунках (около 900) - точнейших аналитически-детальных натурных штудиях, композиционных набросках и завершённых станковых листах.
Если во время своего первого путешествия в Италию Дюрер запечатлевал виды чужих городов, то после возвращения в Нюрнберг он отдал дань и родным местам. К числу таких работ относится и картина «Мельницы на реке Пегниц». Река, на которой был построен Нюрнберг, не из числа известных всем и каждому. Она невелика и неширока, но разве это имело какое-то значение для художника! И снова, как и в более ранних пейзажах, он стремился к точности, достоверности. Дюрер просто не позволил бы себе приукрасить знакомый с детства пейзаж. Это настоящая река, а не созданный в замкнутом пространстве мастерской абстрактный водный поток. И именно это высокое дерево когда-то росло в окрестностях Нюрнберга. И стояли рядом две маленькие мельницы, где мололось зерно, привозимое местными крестьянами. Не исключено, что художник был знаком с их владельцами, а, может, и отдыхал у них во время своих длительных прогулок в окрестностях города.
Начало нового XVI века было очень тяжёлым для Дюрера. Художник с трудом выздоравливал после долгой болезни. Ему пришлось на время забыть о путешествиях, и он заменил их прогулками по окрестностям Нюрнберга. Во время одной из таких прогулок, которые живописец называл «лучшим лекарством для души и тела», он подобрал крохотного зайчонка. Зверёк поселился в доме художника, и однажды Дюрер решил написать его. Но как заставить пугливого зайца сидеть неподвижно? Живописец устраивал свою беспокойную модель на стуле возле окна, подолгу разговаривал с животным, рассчитывая успокоить его ласковым тоном. Однако далеко не сразу Дюреру удалось приступить к написанию картины — заяц убегал прочь при любом подозрительном шорохе. Художнику так и не удалось полностью победить недоверчивость зверька. Но, наверное, это и к лучшему, ведь настороженный заяц на картине выглядит не нарисованным, а живым. Он приподнял одно ухо, его рыжевато-коричневый мех чуть взъерошен, в расширенном зрачке отразился оконный переплёт. Кажется, что зверёк вот-вот сорвётся с места, причём причиной бегства может стать не только какой-то резкий звук, но и случайно коснувшийся его шёрстки солнечный луч. Кусок дёрна.
«Кусок дёрна» — это взгляд снизу, как будто художник, а вместе с ним и зрители, внезапно уменьшились и оказались в мире гигантских трав. Маленький кусочек луга, длиной всего в один человеческий шаг, вдруг стал целой Вселенной. Тысячелистник, одуванчик и подорожник превратились в настоящих великанов; их запах, почти незаметный в обычной жизни, превратился в одурманивающий аромат. Но чтобы дойти до этих трав, чтобы иметь возможность прикоснуться к их высоким стеблям и широким листьям, нужно преодолеть полосу свежевскопанной земли, в которой будут утопать ноги. И неизвестно, закончится ли удачно этот поход, или уставший крошечный путешественник так никогда и не достигнет этого кусочка луга. |
|||||||||
|
|||||||||